Все о семье эхнатона

У Эхнатона и Нефертити не было сыновей. Воспринимали ли они это обстоятельство как личную драму? Были ли разочарованы отсутствием наследника? Может быть, но с уверенностью утверждать подобное нельзя. Наследник трона не обязательно избирался из числа царских сыновей.

Нефертити произвела на свет шесть дочерей. Три первые, Меритатон, Макетатон и Анхесенпаатон, [96] родились в Фивах – до шестого года правления и, следовательно, до переезда в город Солнца. Четвертая, Нефер-неферу-Атон, родилась в Ахетатоне между шестым и девятым годами. Две последние, Нефер-неферу-Ра и Сетеп-эн-Ра, родились между девятым и двенадцатым годами.

Уже простое прочтение этих имен позволяет констатировать, что до девятого года царских детей посвящали Атону. Магическим защитником имен тех девочек, что родились позже, является Ра. Такая эволюция заслуживает внимания и противоречит гипотезе, согласно которой «нетерпимый» и «фанатичный» Атон исключал присутствие всех других богов.

Во всех шести именах фигурирует божественный Свет – сначала Атон, потом Ра. Это – главный элемент каждого имени, который и гарантирует вечное существование его обладательнице.

С царскими дочерьми связано несколько тайн. Самая интригующая из них касается физического облика девочек. На некоторых изображениях маленькие принцессы обнаруживают характерную физическую черту: выраженную долихоцефалию, то есть совершенно необычную удлиненную форму черепа.

По этому поводу предлагалось много интерпретаций. Думали, например, что художники, движимые эстетическими побуждениями, намеренно преувеличивали анатомическую особенность, свойственную царской семье; говорили, что изображены, возможно, вовсе не удлиненные черепа, а большие тесно прилегающие шапки или какие-то иные модные головные уборы. Выдвигалась даже гипотеза о хирургической операции, делавшейся якобы в ритуальных целях, – искусственном удлинении черепа, который затем должен был бы символизировать высокую духовность своего обладателя. Некоторые африканские народы действительно производили подобные «растягивания», и именно по религиозным соображениям.

Мы не верим, что все дочери Эхнатона страдали патологической деформацией черепа; «хирургическая операция», как нам кажется, плохо согласуется с египетской ментальностью времени XVIII династии. Напротив, сама символика удлиненного черепа могла привлекать Эхнатона – что, вероятно, и побудило царя запечатлеть ее художественными средствами.

Со второй тайной, кажется, разобраться легче. Почти во всех текстах, где упоминаются дети царствующей четы, уточняется, что шесть принцесс являются дочерьми Нефертити, однако имя их отца не называется. Некоторые исследователи делают на основе подобных умолчаний грубый вывод: учитывая «патологическую» внешность царя, они утверждают, что Эхнатон был не способен иметь детей, и что имя настоящего отца шести принцесс тщательно скрывалось.

Однако амарнское искусство противоречит такой интерпретации, опирающейся на ложную гипотезу о болезни царя. Оно свидетельствует о непритворной нежности Эхнатона к его детям. Проявления отцовской любви фараона можно отнести к числу самых явных и искренних.

Рождение каждого ребенка в царской семье воспринималось как божественное благословение, как манифестация божественного Света. Потому даже жителям Ахетатона милостиво предоставляли возможность созерцать сцены так называемой «частной» жизни царственных супругов. Эхнатон и Нефертити всячески подчеркивали свои роли отца и матери. Художники должны были запечатлевать многочисленные счастливые моменты, когда родители выказывали глубокую нежность к своим дочерям.

До эпохи Эхнатона царская семья считалась воплощением священного достоинства; любая фамильярность или сентиментальность в ее изображениях или текстах о ней были совершенно неуместны. Эхнатон не отказался от древних ценностей, но изменил средства их выражения. Ведь если семья действительно священна, то почему не показать любовь мужа к своей жене, любовь отца к своим детям?

Амарнская формула клятвы хорошо передает подобное состояние духа. Чтобы подкрепить свои слова, царь говорит: «Это так же верно, как то, что мое сердце радуется царице и ее детям».

На одном поврежденном барельефе сохранилась трогательная сцена: царица, сидя на коленях царя, держит на руках одну из своих маленьких дочерей. Скромная статуэтка запечатлела другой интимный эпизод: Эхнатон ласково обнимает невысокую женскую фигурку. Долгое время исследователи видели в последней одну из его дочерей; но, может быть, правильнее было бы отождествить ее с самой Нефертити.

В гробницах влиятельных придворных встречаются изображения не только царственных супругов и их детей, но также родителей фараона, Аменхотепа III и Тийи. Сколь новаторскими ни были бы используемые здесь художественные средства, не стоит забывать, что сама тематика изображений – ритуальная и вполне традиционная для Египта.

На очень многих стелах концепция семьи выражена с помощью всего трех персонажей, поклоняющихся Солнцу: Эхнатон (самая большая фигура), позади него – фигура поменьше, Нефертити, и, наконец, самая маленькая фигурка – одна из их дочерей. Одна из рук, которыми заканчиваются солнечные лучи, подносит к устам царя и царицы знак жизни; другая рука «намагничивает» голову Нефертити. Подобные композиции имеют строго геометрическую структуру, что акцентирует идею божественного единства, которое воздействует на мир людей через посредство семейной триады.

Реконструкция фрагмента настенной росписи из центрального дворца в эль-Амарне. Принцессы играют у ног своих родителей. Пунктирными линиями обозначены предполагаемые восстановления. Именно эту сцену описал В. Набоков в «Лолите» (часть первая, глава 5): «Вот две из еще несозревших дочек Ахнатона и его королевы Нефертити, у которых было шесть таких – нильских, бритоголовых, голеньких (ничего кроме множества рядов бус), с мягкими коричневыми щенячьими брюшками, с длинными эбеновыми глазами, спокойно расположившиеся на подушках и совершенно целые после трех тысяч лет».

Маленькие принцессы получили традиционное образование, представлявшее собой чередование игр и работы. У Макетатон были примечательные игрушки: миниатюрная писцовая палетка, каламы для письма. Вообще в Египте девочки, как и мальчики, учились читать и писать. Некоторые из них даже осваивали «культуру» писцов.

Чересчур поверхностное знакомство с амарнским искусством может навести нас на мысль, что Эхнатон, этот крайний индивидуалист, отказался от блеска, окружавшего древних царей, и предпочел вести жизнь простого человека, банального отца семейства. Думать так – значит забыть, что Эхнатон был, прежде всего, фараоном, то есть царем, ритуальным образом возведенным на престол, инициированным в мистерии и облеченным всем духовным наследием своих предков. Эхнатон превосходно сознавал, что не является индивидом, как другие, и что все его действия имеют значение моделей поведения.

Обилие изображений царской семьи было обусловлено метафизической концепцией, а не субъективным вкусом: ведь, с точки зрения царя, божественный поток изливается на землю только через семейную общность.

Интимные сцены из жизни царской семьи, представленные на барельефах, носят чисто ритуальный, а не анекдотический характер. Изображается священная семья. Она обеспечивает присутствие на земле божественных сил, и потому, собственно, трудно говорить о каких-либо различиях между «семьей» богов и воплощающей ее царской семьей. В соответствии с ясно выраженной божественной волей граница между двумя мирами упраздняется. Утверждаются не подлежащие изменению отношения между фараоном и божеством – уже не силой и суровостью, которые были свойственны Древнему царству, а нежностью и умением радоваться жизни, присущими счастливой семье.

Остается упомянуть еще об одной смелой гипотезе, которую не следует безоговорочно отвергать: не может ли быть так, что в мире, где первенствующую роль играла символика, Эхнатон и Нефертити намеренно акцентировали женское начало и число шесть, на самом деле не отражавшее реальное количество их детей? У некоторых египтологов сложилось убеждение, подкрепленное пока достаточно скудными свидетельствами, что Тутанхамон был сыном Эхнатона от Нефертити или одной из второстепенных жен. Этот факт мог считаться не заслуживающим упоминания в официальных надписях – потому, например, что Атон пожелал возвеличить именно женское начало в лице царицы и ее женского потомства.

Верховный бог, фараон Эхнатон и его две царицы. Конец династии

Верховный бог, фараон Эхнатон и его две царицы. Конец династии

Тысячелетия стоял Египет, и правили им боги — мудрые, коварные, всесильные… Возносились к небу обелиски, поражали пышностью и богатством убранства храмы, жрецы воскуривали богам благовония и восхваляли их в гимнах. Могущество жреческого сословия было сравнимо с властью самого фараона — живого бога. При принятии решений повелитель Египта должен был обязательно прислушиваться к оракулу и советоваться с «Великим Ясновидцем» — верховным жрецом.

Все это казалось незыблемым и неизменным. Но однажды произошло невероятное: в храмы пришли люди с молотками и зубилами и принялись уродовать древние изображения, скалывать со стен имена богов. Не гиксосы-завоеватели, нет — это были посланцы самого царя!

Звали этого вероотступника Эхнатон.

Фараон-еретик, фараон-реформатор, фараон-мессия… Как его только ни называли! Эхнатона сравнивали с Буддой и с Гитлером, обвиняли в тирании и слабоумии, объявляли мудрецом и гением. Пожалуй, нет другой столь неоднозначной и непонятной фигуры в Древнем мире. Фараоны-еретики жили и до него: мы знаем о тех, кто пытался отринуть культ Гора, заменив его культом Сета. Но Эхнатон пошел намного дальше, осуществив своего рода «культурную революцию»: он «умертвил» обоих верховных богов, а вместе с ними — весь огромный пантеон многочисленных божеств, владевших Египтом уже несколько тысяч лет. Их всех этот реформатор объявил несуществующими, заменив единым солнечным богом — Атоном. Невиданный масштаб!

Так каким же был этот неординарный человек, живший три с половиной тысячи лет назад?

При рождении ему дали имя Аменхотеп — в честь отца, деда и еще многих фараонов Восемнадцатой династии. Будущий реформатор был сыном Аменхотепа III и его замечательной супруги по имени Тийя. Эта женщина — незнатного происхождения — отличалась необыкновенным умом и деятельным характером. Тийя стала советчицей и соправителем своего мужа, с ее мнением считались цари сопредельных с Египтом стран, и даже после смерти Аменхотепа она еще долгое время принимала участие в государственных делах.

У царя и царицы было два сына: Тутмос — здоровый и крепкий и Аменхотеп-Эхнатон — слабый настолько, что родители даже и не надеялись, что он выживет, делая ставку на Тутмоса.

Но судьба распорядилась иначе: здоровый Тутмос неожиданно заболел и умер (чума была частым гостем в Египте), а хилый Аменхотеп, хоть и выглядел нескладным, дожил до совершеннолетия и вступил на отцовский престол.

Судя по изображениям, он был сутулым и некрасивым, с узкими плечами и по-женски широкими бедрами, переходившими в тонкие слабые ноги. Однако лицо его светилось умом, он легко схватывал знания и любил шутку. По мнению современных исследователей, Эхнатон (он же — Аменхотеп IV) страдал целым рядом наследственных заболеваний, симптомами которых явились характерные изменения во внешности (странная вытянутая форма черепа и женоподобное сложение), а также, весьма вероятно, что и отклонения в психике. Нет, великий реформатор древности ни в коем случае не был умственно отсталым, а вот шизофренией и эпилепсией он страдать мог!

Дело в том, что фараоны в Египте, сохраняя чистоту крови, предпочитали близкородственные браки, которые ныне были бы определены как инцест: Хатшепсут была замужем за своим сводным братом. Ее пасынок Тутмос женился на своих сестрах. Аменхотеп III был женат на двух своих дочерях. Восемнадцатая династия, к которой принадлежал Эхнатон, правила уже давно, и таких родственных браков насчитывался не один десяток. В результате наступило вырождение.

Впрочем, порой можно встретить и обратное утверждение, что никаких болезней на самом деле не было, и фараон-реформатор был совершенно здоров. Мол, все дело в особенностях религии египтян: по их верованиям, фараон был отцом и матерью всего живого, вот его и изображали обоеполым: с редуцированными половыми органами и выдающейся по-женски грудью. Подтверждает эту точку зрения то, что люди с описанными недугами обычно бесплодны, а у Эхнатона было, по меньшей мере, шесть дочерей от Нефертити и, судя по всему, дети обоего пола от других жен.

Но, как уже говорилось, какими бы болезнями ни страдал Аменхотеп IV, умственной отсталости среди них не было, и образование он получил по тем временам прекрасное. Его учителем стал жрец, которого по странной случайности звали так же, как царя, — Аменхотеп (обычно к его имени добавляют «сын Хапу»). Он был, пожалуй, самой значительной личностью того времени: архитектором, философом, управленцем, врачом… Именно он считается автором знаменитых «колоссов Мемнона» — огромной величины статуй при заупокойном храме Аменхотепа III. Как и древнейший Имхотеп, этот жрец был обожествлен, и в его честь возводились заупокойные храмы, куда стекались люди в надежде исцелиться от болезней. Безусловно, такой учитель мог достойно воспитать подрастающего принца. Он привил ему любовь к истории страны и заинтересовал философией. Идеалом для учителя и ученика стало Древнее царство, отстоящее от них на полторы тысячи лет. Жрец считал, что именно в руинах пирамид скрыт секрет истиной мудрости. Мечтая построить идеальное общество, два Аменхотепа бродили по развалинам старых некрополей, изучая тексты пирамид и храмовые надписи. Именно там наследник престола и почерпнул понятие о боге Атоне, сущность которого была наиболее близка к современному понятию единого бога. Изображался он в виде солнечного диска.

Старый жрец умер еще до воцарения своего ученика, но юный Аменхотеп не забыл его наставничество. Почти шесть лет после коронации он обдумывал свои нововведения, прежде чем приступить к их осуществлению. И руководило им не безумное желание, не поиск «вечной истины» — нет, основной удар был направлен против не в меру возомнившего о себе жречества. Излишнее почитание Амона-Ра, Осириса, Гора и других богов снижало значимость фигуры фараона. А ведь фараон считался живым богом и ему, так же, как и богам небесным, воздвигались храмы и адресовались молитвы. Но, в отличие от Исиды, Хатор и Нефтиды, реальные фараоны были далеко не безгрешны: они возводили себе дворцы и пирамиды, в то время как народ голодал и бедствовал. Их надсмотрщики хлестали бичами крестьян, согнанных на царские работы, сборщики податей отбирали у тех же крестьян последнее зерно… Словом, поводов для недовольства было предостаточно. Поэтому все чаще молитвы обращались к Амону-Ра, а не к Аменхотепу. Божественность фараона ставилась под сомнение, а значит, подрывались идеологические основы царской власти. Поэтому фараон и ударил по своему главному врагу — богу Амону, отвергнув само его существование. Теперь богом считался Атон, единый и непостижимый, а его сыном, земным воплощением и посредником между Атоном и людьми — фараон Эхнатон. Именно ему и следовало возносить молитвы. Только ему — и более никому. Именно тогда царь переменил имя (прежнее, переводившееся как «Амон доволен», не годилось). Вот он и назвал себя Эхнатоном, то есть «Угодным Атону».

Реформу сопровождал чудовищный вандализм: за годы царствования Эхнатона были уничтожены сотни и тысячи древних изображений, и даже при письме было запрещено использовать иероглифы, обозначающие традиционных богов. Спустя три с половиной тысячи лет трудно определить, каким был масштаб репрессий среди жречества и той части населения, что не желала отрекаться от привычного культа, но сколотые изображения на барельефах, разбитые статуи, намеренно испорченные тексты, приведенные в негодность храмы говорят о многом.

Сохранилась гробница одного из верных поклонников Амона, в самом дальнем углу которой был высечен на стене текст молитвы репрессированному богу.

«Мое сердце тоскует по возможности видеть тебя, о владыка персиковых деревьев, когда шею твою украшают венками из цветов! Ты даруешь насыщение без вкушения пищи, опьянение без пития. Мое сердце стремится увидеть тебя, о радость моего сердца, Амон, защитник сирот! Ты — отец того, кто лишился матери, супруг вдовы».

«О, сколь сладостно произносить твое имя: оно — как вкус жизни, как одежда для нагого, как аромат цветущей ветви во время летней жары (…), как глоток воздуха для того, кто побывал в темнице. Обратись к нам вновь, о владыка полноты времени! Ты был здесь, когда еще ничего не возникло, и ты будешь здесь, когда „им“ придет конец…»

Это «им» египтологи склонны расшифровывать как указание на врагов Амона — солнцепоклонников.

Противодействие населения, особенно знати и жрецов, было огромным. В какой-то момент, не в силах справиться с ним, Эхнатон решил покинуть Фивы и выстроить новую столицу, которую назвал Ахетатон — «Горизонт Атона». Фараон отчетливо понимал, что хоть подданные и поклоняются ему, словно богу, как оно издавна полагалось, но ни любви, ни понимания от своего народа он так и не добился. «Каждое око глядит на Тебя, горний Атон! Но постиг и познал Тебя в целом свете один Эхнатон», — печально замечает он в сочиненном им самим гимне Атону. Но тут великий фараон лукавил: была рядом с ним женщина, понимавшая и поддерживавшая все его начинания. Наверное, если бы не она, то ненависть подданных к нему самому была бы еще сильнее. Словно само Солнце послало ему ее — прекрасную, нежную, обаятельную, добрую — царицу Нефертити.

К сожалению, нам доподлинно неизвестно, каким было ее происхождение. В имени, переводящемся как «Прекрасная пришла», многие ученые видят намек на то, что царица была иностранкой, возможно, одной из тех принцесс, которых цари сопредельных, подчиненных Египту стран присылали в гарем фараона. Часто ее идентифицируют с митанийкой Тадухеппой, выданной еще за отца Эхнатона, престарелого Аменхотепа III. Историки склонны усматривать романтическую любовную историю: юный принц влюбился в наложницу отца, она ответила на его чувство, и старый фараон милостиво поженил молодых людей.

Вторая версия связана с вельможей по имени Эйя. Он был премного любим фараоном и его женой, а одна из его дочерей порой именуется «сестрой царицы». Противоречит этой версии то, что жену Эйи, Тэйю, именуют не матерью, а кормилицей Нефертити. Возможно, настоящая мать Прекрасной умерла при родах, а вторая супруга отца выкормила младенца, но может быть, что Тэйя действительно являлась всего лишь кормилицей, и, следовательно, ее родная дочь считалась молочной сестрой царицы.

В течение долгих лет придворные художники и скульпторы изображали счастье царственной четы: вот они вместе совершают возлияние Солнцу, вот они вдвоем на колеснице, вот у себя дома, окруженные дочерьми… Фараону, согласно его же собственному приказу, не льстили, изображали все как есть: коротковатые полные ноги, низкий толстый зад, выступающий живот. Не льстили и царице — но той лесть была и не нужна: напротив, не каждый из художников был способен передать всю ее живую прелесть. Длинноногая, очень стройная с тонким, правильным, одухотворенным лицом, Нефертити была подобна небожительнице. Она не обладала острым умом и деловой хваткой матери Эхнатона Тийи, мало участвовала в делах, плохо разбиралась в политике. Ее сила заключалась в ином: мягким словом и ласковым прикосновением она умела успокоить царя, обуздать его смятенные чувства, внести ясность в мысли, помочь принять решение. Одно плохо: шесть дочерей родила Нефертити Эхнатону — но ни одного сына.

Были у фараона и другие жены — не коронованные. По обычаю в гарем фараона присылали своих дочерей цари сопредельных государств, вельможи старались пристроить туда самых красивых дочек… Одну из таких красавиц звали Кийя.

Дальнейшие изыскания историков весьма напоминают споры деревенских кумушек о личной жизни соседей, так как личная жизнь у Эхнатона была весьма бурной и запутанной. Его брак с Нефертити омрачили несчастья: одна за другой скончались от болезней две их дочери. До нас дошли барельефы, изображающие горе царской семьи: склоненного в печали Эхнатона и заломившую в рыдании руки Нефертити. К этому времени она постарела, похудела, стала немного сутулиться, хотя по-прежнему оставалась очень красивой женщиной. Фараон тоже был в годах, и, как многих стареющих мужчин, его привлекала молодость. Может быть, поэтому юная страстная Кийя заняла место царицы.

Внешне она являлась полной противоположностью Нефертити: широкоскулая с темными раскосыми глазами и довольно крупным, чуть широковатым носом. В ней не было ни особой красоты, ни утонченности, зато в ее очах горел огонь, а грудь была высока и упруга. Возможно, это и стало причиной того, что по окончании строительства Ахетатона Эхнатон переехал туда вместе с Кийей, а Нефертити осталась в Фивах. Известно, что некоторое время новая жена пользовалась небывалым влиянием. Историк Перепелкин даже считал, что Эхнатон даровал ей титул «второго фараона». Действительно, существует ряд таинственных изображений во дворцах, храмах и обелисках Ахетатона, на которых рядом с Эхнатоном восседает то ли женщина в синей царской короне, то ли женоподобный юноша, к тому же одетый по-женски.

Позы моделей полны интимности: вот младший фараон обнимает старшего за плечи, вот наливает ему вина, обмахивает его веером… Странно представить, что так изображали двух мужчин, находящихся в официальных деловых отношениях соправителей. Скорее их можно было принять за любовников!

Подписаны эти странные изображения именем фараона Семенхкары, но надписи вполне могли быть исправлены с целью стереть другое, нежелательное имя. Перепелкин предполагал, что этим именем было Кийя.

Изображений ее сохранилось крайне мало: примерно за год до смерти самого Эхнатона Кийя впала в немилость, и с тех пор ее имя намеренно соскабливалось со статуй и обелисков. Не лучшим было и отношение к зарвавшейся фаворитке Меритатон — дочери Эхнатона и Нефертити, правившей позднее. Считается, что Кийя родила Эхнатону дочь, скорее всего, умершую еще в детстве: бедная младенческая могилка была обнаружена на задворках усадьбы Кийи. Порой ее сыном называют Тутанхамона, иногда — фараона Семенхкару, правившего всего год. Примечательно, что мумия матери Тутанхамона, опознанная генетиками, известна ученым и хранится она в Каирском музее. Согласно ДНК-тесту эта женщина приходилась Эхнатону сестрой, а умерла она от страшного удара в лицо, оставившего глубокую рану, — но вот имя ее с точностью определить так и не удалось. Если это Кийя, то получается, что супруга царя погибла насильственной смертью. Возможно, ее убил сам Эхнатон, причем впоследствии, судя по соскобленным надписям, не пожалел об этом.

Но вернемся к таинственным изображениям «младшего фараона». Гипотеза Перепелкина считается неподтвержденной, а, согласно общепринятой версии, второй фараон — все же юный Семенхкара, бывший в последние годы правления Эхнатона его соправителем. Женственная внешность изображенного объясняется очень легко: Семенхкара действительно так выглядел. Его мумия была найдена. Сохранилась она крайне плохо, фактически один скелет, и опознан он был далеко не сразу: ширина таза, форма грудной клетки — все говорило о женском поле покойного. И лишь строение черепа и некоторые другие особенности скелета убедили ученых, что перед ними все же мужские останки.

Что же касается трогательных интимных жестов и поз, запечатленных на барельефах Ахетатона, то часть исследователей склонна считать Семенхкару и Эхнатона гомосексуальной парой. Или даже Семенхкару и Кийю — одним лицом. Подтверждений этому нет. Всего лишь гипотеза или, если хотите, — сплетня.

Но на этом пересуды о личной жизни царя-реформатора не заканчиваются. Как уже говорилось, у египтян не считалось зазорным жениться на собственных дочерях. Вот и Эхнатону приписывают брак с его старшей дочерью Меритатон, а затем, возможно, еще и с одной из младших дочерей. Изображения, подписанные их именами, тоже довольно часты в Ахетатоне. Молодые женщины сидят рядом с Эхнатоном в столь же интимной обстановке, как прежде Нефертити или Кийя-Семенхкара. Где к тому времени находилась Нефертити — неизвестно. Ни ее гробница, ни мумия так и не были найдены.

Неизвестно и то, какой была кончина Эхнатона; вполне вероятно, что его отравили или убили каким-то иным способом. Где он погребен, тоже никто не знает. Вполне вероятно, что археологи никогда не найдут его мумифицированного тела, ведь самой страшной казнью в Египте считалось оставить человека без бальзамирования или — еще хуже — выбросить его тело в Нил. Таким образом, по мнению египтян, можно было уничтожить саму душу покойного. И это намного страшнее, чем сбить с обелисков имя! Фараона-реформатора могла постигнуть такая незавидная участь, ведь цари следующих династий испытывали к нему лишь ненависть. «Падаль из Ахетатона», «издохший вероотступник» — вот как они его именовали.

Что же, надо признать, что причины для ненависти были. После кончины Эхнатона Египет погрузился в хаос гражданской войны. Семенхкара, после смерти Эхнатона женившийся на Меритатон, пережил своего старшего соправителя всего на год. Он умер, не достигнув и 23 лет. Его могила была обнаружена в 1907 году, там находились предметы, изготовленные для разных людей: надгробная сень с именем царицы Тийи, канопы[8] с лицом Кийи, амулеты с именем Эхнатона… Усопшего фараона снаряжали на тот свет, собирая с миру по нитке. Все это ясно свидетельствовало о неразберихе, что творилась в Египте после кончины царя-реформатора.

Затем Египтом правила таинственная женщина со сложным именем Анхеперура Нефернефератон. То ли это была сама Меритатон, то ли одна из младших дочерей Эхнатона и Нефертити — ученые спорят до сих пор.

В конце концов, на престол вступил десятилетний мальчик Тутанхатон. Вырождение Восемнадцатой династии сказалось и на нем: юный царь страдал косолапостью, некрозом костей и волчьей пастью. Он отрекся от солнцепоклонничества, вернул веру предков и переменил имя, сделавшись Тутанхамоном. Его супруга — дочь Эхнатона и Нефертити Анхесепаатон — стала именоваться Анхесенамон.

В пещерном храме Эс-Саламуни сохранилась надпись, сделанная от лица фараона: «Я удалил зло. Каждый теперь может молиться своему богу!» Дошел до нас и радостный гимн, созданный поклонниками старого бога:

«…Солнце того, кто не ведает тебя, зашло, о Амон.

Знающий тебя говорит:

Солнце Амона взошло на переднем дворе храма!

Тот, кто нападает на тебя, пребывает во тьме,

даже если вся земля лежит в лучах солнца.

Тот же, кто поместил тебя в свое сердце, —

смотри, его солнце взошло!»

Регентом при юном фараоне стал уже упоминавшийся вельможа по имени Эйя, муж кормилицы Нефертити. Он же и захватил власть после безвременной смерти от малярии мальчика-царя. Гробница Тутанхамона — единственная неразграбленная могила в Долине Царей — была обнаружена в 1922 году Говардом Картером.

До нас дошли яркие свидетельства агонии умирающей Восемнадцатой династии. Анхесенамон, пытаясь удержать за собой трон, стремилась найти себе нового мужа и слала умоляющие письма царю хеттов:

«Мой супруг умер, а сына у меня нет, но о тебе говорят, что у тебя много сыновей. Если бы ты прислал ко мне одного из своих сыновей, он стал бы моим мужем. Я ни за что не возьму в мужья никого из своих подданных. Я очень боюсь».

Письмо было столь искренним и недипломатичным, что хеттский царь не сразу поверил словам египтянки. Он даже отправил своего посланника к египетскому двору — удостовериться, что его не обманывают. Посол возвратился со вторым письмом от царицы:

«Почему ты говоришь: „Они меня обманывают? Если бы у меня был сын, разве стала бы я писать чужеземцу, объявляя во всеуслышание о своей беде и о несчастье моей страны? Говоря так, ты меня оскорбляешь. Тот, кто был моим мужем, ныне мертв, а сына у меня нет. За своего подданного я не выйду замуж ни за что. Я не писала никому, кроме тебя. Все говорят, что у тебя много сыновей; дай же мне одного из них, чтобы он стал моим мужем».

Правитель хеттов согласился и отправил в Фивы своего сына. Но промедление оказалось роковым: на бедного принца по дороге напал еще один претендент на престол, полководец Хоремхеб, и жених был убит. Ансеханамон попыталась спасти положение, выйдя замуж за престарелого Эйю (который вполне мог приходиться ей родным дедом!). В реальности этого брака сомневаться не приходится: сохранилось кольцо, на котором имена уже фараона Эйи и царицы Анхесенамон стоят рядом. Однако было уже поздно: Хоремхеб расправился с обоими. Ученые нашли пустую и разрушенную гробницу Эйи; кончина юной царицы покрыта мраком. Занявший трон Хоремхеб приказал разрушить Ахетатон, к тому времени уже и так полностью покинутый жителями. Руины постепенно занесло песком, и лишь в конце XIX века их обнаружил англичанин Флиндерс Питри.

Эхнатон: биография

Фараон Эхнатон считается знаковой фигурой в истории Древнего Египта. Он не только муж самой Нефертити, называемой воплощением красоты на Земле, но и революционер своего времени, вознамерившийся заменить пантеон одним-единственным Атоном. За время правления Эхнатона Древний Египет не развязал ни одной войны, а в искусстве наступил расцвет натурализма.

Детство и юность

В жилах фараона, названного при рождении Аменхотеп IV, течет поистине голубая кровь. Отец Аменхотеп III происходил из великой династии Тутмосидов, из которой вышли все правители по имени Тутмос и третья женщина-фараон Хатшепсут. Мать Тия, хотя и была дочерью жреца, но считалась потомком царицы Яхмос-Нефертари, жены Яхмоса I, который и основал род Тутмосидов.

Эхнатон (Аменхотеп IV)

У Эхнатона был старший брат Тутмос, умерший маленьким, и сестры Небеттах, Сатамон, Хенуттанеб и Исиду. О наличии прочих близких родственников говорят многочисленные веpсии.

Сведений о первых годах биографии фараона сохранилось немного, да и те слишком обобщенные. Известно, что царский сын жил во дворце, небольшом по размеру, но богато украшенном мозаикой и росписью. Однако находился дворец не в Фивах, а возможно, и вовсе за пределами Египта. Упоминается, что жизнь юного Эхнатона подвергалась опасности, и некую неоценимую помощь в этой ситуации оказал слуга Пареннефер, которого фараон впоследствии возвысил.

Когда точно десятый фараон 18 династии взошел на престол Египта, неизвестно. Предполагается, что пару лет Аменхотеп IV правил вместе с отцом, который к тому времени уже тяжело болел. В наследство Эхнатон получил богатое и могущественное государство. В первые годы развернул обширное строительство, одними из объектов стали храмовые комплексы в Гемпаатоне и Хутбенбене.

Фараон Эхнатон

Эхнатон, помимо верховенства культа Солнечного бога, ввел новую должность, верховного жреца бога Атона, и без ложной скромности первым занял её. Ритуалы велено справлять не в потаенном святилище, а на открытом воздухе. Причем поклоняться Атону имели право только Эхнатон и его жена Нефертити, а, следовательно, остальные должны были поклоняться им.

Культ Ра, на протяжении веков сопровождавший египтян, был запрещен, тем самым оказались лишены власти жрецы. Особенно невзлюбил фараон богов Амона, Мут и Хонсу, трех самых почитаемых в Фивах небожителей. В пылу сражений за монотеизм Эхнатон не побоялся стереть имя отца, которое переводилось как «Амон доволен».

Эхнатон поклоняется богу Атону

В знак начала новой жизни Эхнатон велел построить новую столицу между Фивами и Мемфисом, назвал ее Ахет-Атон – «Горизонт Атона». Королевский дворец из белого камня занимал площадь в 20 гектаров. Единоличная царская власть укрепилась еще сильнее, влияние прежнего государственного аппарата не сказывалось, во всяком случае, внешне на решении вопросов.

Обижал Аменхотеп IV и соседей, перестал посылать подарки, заключал политические союзы с одними государствами, забывая о прежних отношениях с другими. Но по большей части египетский фараон сохранил дипломатические связи с Ассирией, Вавилоном, Миттанией.

Личная жизнь

Родственные связи в Древнем Египте представляют клубок загадок даже для ученых умов, не то что для простых обывателей. Результатом одних таких исследований стал вывод о том, что от связи Эхнатона с собственной сестрой родился будущий фараон Тутанхамон. Имя девушки в научных кругах зашифровано и звучит как KV35YL (по месту обнаружения мумии), в некоторых источниках — Бакетатон или Небеттах.

Тутанхамон

Самой известной женой фараона считается красавица Нефертити. По неподтвержденным данным, и у нее с Эхнатоном был один отец. Супруга родила Эхнатону 6 дочерей. После смерти одной из них, Макетатон, царица сошла с политической арены, а место матери, как ни странно, заняла дочь Меритатон. Правда, до нее царь Египта, опять же предположительно, обзавелся дочерью от второй жены Кийи.

Нефертити обладала невероятным влиянием, сопровождала мужа в поездках и практически была его главным советником. На широко тиражируемых фото скульптура жены фараона запечатлена в синем парике (или царском головном уборе), украшенном изображением богини-кобры.

Эхнатон и Нефертити с детьми

Сменхкар, рано скончавшийся муж Меритатон, также приписывается в близкие родственники Эхнатону – то ли брат, то ли сын.

Еще четыре сестры, как полагает часть историков, умерли в юности. Третья по счету Анхесенамон стала женой Тутанхамона. После смерти Эхнатона, взойдя на престол, дети отказались от религиозных реформ отца.

История сохранила древние источники, в которых упоминается имя Тадухепы, несостоявшейся невесты отца Эхнатона и доставшейся ему «по наследству».

Упоминаний о том, как завершилась эра Эхнатона, не сохранилось. Предположительно, фараона отравили. Преемники сделали все, чтобы имя «Угодного Атону» исчезло из памяти народа и материальных носителей.

Вход в гробницу Эхнатона

Гробницу в Амарне Эхнатон повелел соорудить, как это было принято, еще при жизни. После того как столицу Египта вновь перенесли в Фивы, мумию фараона перезахоронили в Долине Царей. Египтологи считают, что это могила под кодом KV55.

В 1907 году американский исследователь Теодор Дэвис вскрыл захоронение и решил, что там погребен Тутанхамон. По другой версии, мумия — это Сменхкар.

Восстановленный саркофаг Эхнатона

Жизнь и смерть фараона-реформатора, причины, побудившие Эхнатона на одно из самых заметных преобразований древности, становятся предметом литературных изысканий. Особенный интерес вызывают легенды о проклятиях, которые настигают беспринципных искателей сокровищ в древних могилах.

Среди научных и художественных книг читателям известны романы Тома Холланда «Спящий в песках» и Паулины Гейдж «Проклятие любви», монография Юрия Перепелкина «Кэйе и Семнех-ке-рэ. К исходу солнцепоклоннического переворота в Египте».

Эхнатон: биография

Фараон Эхнатон считается знаковой фигурой в истории Древнего Египта. Он не только муж самой Нефертити, называемой воплощением красоты на Земле, но и революционер своего времени, вознамерившийся заменить пантеон одним-единственным Атоном. За время правления Эхнатона Древний Египет не развязал ни одной войны, а в искусстве наступил расцвет натурализма.

Детство и юность

В жилах фараона, названного при рождении Аменхотеп IV, течет поистине голубая кровь. Отец Аменхотеп III происходил из великой династии Тутмосидов, из которой вышли все правители по имени Тутмос и третья женщина-фараон Хатшепсут. Мать Тия, хотя и была дочерью жреца, но считалась потомком царицы Яхмос-Нефертари, жены Яхмоса I, который и основал род Тутмосидов.

Эхнатон (Аменхотеп IV)

У Эхнатона был старший брат Тутмос, умерший маленьким, и сестры Небеттах, Сатамон, Хенуттанеб и Исиду. О наличии прочих близких родственников говорят многочисленные веpсии.

Сведений о первых годах биографии фараона сохранилось немного, да и те слишком обобщенные. Известно, что царский сын жил во дворце, небольшом по размеру, но богато украшенном мозаикой и росписью. Однако находился дворец не в Фивах, а возможно, и вовсе за пределами Египта. Упоминается, что жизнь юного Эхнатона подвергалась опасности, и некую неоценимую помощь в этой ситуации оказал слуга Пареннефер, которого фараон впоследствии возвысил.

Когда точно десятый фараон 18 династии взошел на престол Египта, неизвестно. Предполагается, что пару лет Аменхотеп IV правил вместе с отцом, который к тому времени уже тяжело болел. В наследство Эхнатон получил богатое и могущественное государство. В первые годы развернул обширное строительство, одними из объектов стали храмовые комплексы в Гемпаатоне и Хутбенбене.

Фараон Эхнатон

Эхнатон, помимо верховенства культа Солнечного бога, ввел новую должность, верховного жреца бога Атона, и без ложной скромности первым занял её. Ритуалы велено справлять не в потаенном святилище, а на открытом воздухе. Причем поклоняться Атону имели право только Эхнатон и его жена Нефертити, а, следовательно, остальные должны были поклоняться им.

Культ Ра, на протяжении веков сопровождавший египтян, был запрещен, тем самым оказались лишены власти жрецы. Особенно невзлюбил фараон богов Амона, Мут и Хонсу, трех самых почитаемых в Фивах небожителей. В пылу сражений за монотеизм Эхнатон не побоялся стереть имя отца, которое переводилось как «Амон доволен».

Эхнатон поклоняется богу Атону

В знак начала новой жизни Эхнатон велел построить новую столицу между Фивами и Мемфисом, назвал ее Ахет-Атон – «Горизонт Атона». Королевский дворец из белого камня занимал площадь в 20 гектаров. Единоличная царская власть укрепилась еще сильнее, влияние прежнего государственного аппарата не сказывалось, во всяком случае, внешне на решении вопросов.

Обижал Аменхотеп IV и соседей, перестал посылать подарки, заключал политические союзы с одними государствами, забывая о прежних отношениях с другими. Но по большей части египетский фараон сохранил дипломатические связи с Ассирией, Вавилоном, Миттанией.

Личная жизнь

Родственные связи в Древнем Египте представляют клубок загадок даже для ученых умов, не то что для простых обывателей. Результатом одних таких исследований стал вывод о том, что от связи Эхнатона с собственной сестрой родился будущий фараон Тутанхамон. Имя девушки в научных кругах зашифровано и звучит как KV35YL (по месту обнаружения мумии), в некоторых источниках — Бакетатон или Небеттах.

Тутанхамон

Самой известной женой фараона считается красавица Нефертити. По неподтвержденным данным, и у нее с Эхнатоном был один отец. Супруга родила Эхнатону 6 дочерей. После смерти одной из них, Макетатон, царица сошла с политической арены, а место матери, как ни странно, заняла дочь Меритатон. Правда, до нее царь Египта, опять же предположительно, обзавелся дочерью от второй жены Кийи.

Нефертити обладала невероятным влиянием, сопровождала мужа в поездках и практически была его главным советником. На широко тиражируемых фото скульптура жены фараона запечатлена в синем парике (или царском головном уборе), украшенном изображением богини-кобры.

Эхнатон и Нефертити с детьми

Сменхкар, рано скончавшийся муж Меритатон, также приписывается в близкие родственники Эхнатону – то ли брат, то ли сын.

Еще четыре сестры, как полагает часть историков, умерли в юности. Третья по счету Анхесенамон стала женой Тутанхамона. После смерти Эхнатона, взойдя на престол, дети отказались от религиозных реформ отца.

История сохранила древние источники, в которых упоминается имя Тадухепы, несостоявшейся невесты отца Эхнатона и доставшейся ему «по наследству».

Упоминаний о том, как завершилась эра Эхнатона, не сохранилось. Предположительно, фараона отравили. Преемники сделали все, чтобы имя «Угодного Атону» исчезло из памяти народа и материальных носителей.

Вход в гробницу Эхнатона

Гробницу в Амарне Эхнатон повелел соорудить, как это было принято, еще при жизни. После того как столицу Египта вновь перенесли в Фивы, мумию фараона перезахоронили в Долине Царей. Египтологи считают, что это могила под кодом KV55.

В 1907 году американский исследователь Теодор Дэвис вскрыл захоронение и решил, что там погребен Тутанхамон. По другой версии, мумия — это Сменхкар.

Восстановленный саркофаг Эхнатона

Жизнь и смерть фараона-реформатора, причины, побудившие Эхнатона на одно из самых заметных преобразований древности, становятся предметом литературных изысканий. Особенный интерес вызывают легенды о проклятиях, которые настигают беспринципных искателей сокровищ в древних могилах.

Среди научных и художественных книг читателям известны романы Тома Холланда «Спящий в песках» и Паулины Гейдж «Проклятие любви», монография Юрия Перепелкина «Кэйе и Семнех-ке-рэ. К исходу солнцепоклоннического переворота в Египте».

Все о семье эхнатона